Жанровая скульптура в Петербурге


Когда я много бывал в Европе, мне все время встречались разные городские персонажи - бронзовые люди разных профессий. В Питере тогда только появлялась жанровая городская скульптура. Теперь на улицах нашего города можно встретить весьма интересных персонажей. Профессии некоторых из них давно забыты петербуржцами. Чем занимаются эти бронзовые сограждане? 

Ночь. Улица. Фонарь...

Одним из первых на моей памяти появился бронзовый фонарщик на Одесской улице. Сразу видно, что работа у него сложная - бородатый дядька отдыхает, облокотившись на ограду. С собой у него все необходимое - бидончик с керосином или маслом, да небольшая лесенка. Мужичок кажется несколько угрюмым, но это из-за фуражки, надвинутой на глаза. На околыше написано: "Фонарщик".

Пожалуй, это единственный фонарщик в городе. Впрочем, и работы у него немного - всего несколько фонарей, расставленных по Одесской улице. Это что-то вроде музея под открытым небом. Мальчишками мы любили там ходить, навещать этого странного деда в бронзовом фартуке.


Забавно, что для музея фонарей выбрали именно Одесскую улицу. Ровно напротив была мастерская Ладыгина - человека, благодаря которому в России появилось электрическое освещение.

Фонарей в "Музее" всего несколько. Даже странно, что фонарщик устал. Когда-то ему нужно было обойти за вечер почти полтора десятка фонарей - поменять фитили, долить топлива, отчистить плафоны от вчерашней копоти. Всего в Петербурге работало сто фонарщиков. Остался, похоже, только этот.

Кстати, к подобным скульптурам часто приклеиваются разнообразные приметы. Если потереть дядьке нос - жди семейного счастья, если правый сапог - увеличения зарплаты, а если левый - левых доходов. Уже выезжаете? Нос чешите. Это важнее.

На страже порядка

Городовой и дворник. Почему вместе? Во-первых, расположены друг напротив друга - неподалеку от Гостиного двора. Городовой - на Малой Конюшенной, дворник - на площади Островского. Кроме того, профессии у них похожие. Оба следили за порядком, оба гоняли хулиганов (первые питерские дворники, кстати, подчинялись Министерству Внутренних Дел). Есть и еще совпадение - бюрократическое. Оба памятника имеют статус временных объектов. По недоразумению и раздолбайству.

Городовой - это сотрудник первого российского МВД, появившегося при Александре Втором. Хороший, красивый дядька, при форме, бравый - такой, каким и должен быть хороший полицейский. Вот только пресса до сих пор (с 1998 года) не устает потешаться над бронзовым городовым. Мол, поставили человека, чтобы за шведским консульством приглядывать. Но мы-то знаем, что он приглядывает за Гоголем. Гоголь - хулиган известный, говорят, второй том "Мертвых душ" сжег. А вообще, питерцы любят шутить, что городовой этот на Никиту Михалкова похож. Кстати, да. Сами убедитесь. 


Дворник пристроился на площади Островского, прямо перед Жилищным комитетом. Он, кстати, не бронзовый, а гранитный, что редко для подобных скульптур. Памятник дворнику - дань уважения к людям этой профессии. Любопытно, что памятник изображает дворника XIX века и имеет лицо русского мужика из серии "посадил дед репку". Между тем, в девятнадцатом веке дворниками, в основном, служили татары - чистота везде была образцовая, печи натоплены, дрова заготовлены.

Дворник, кстати, тоже оскандалился в прессе. Некоторые церковные деятели сочли, что лопата дворника напоминает перевернутый православный крест. Сам дед на угрозы отлучить его от церкви не отреагировал никак и история заглохла.

Почему я водовоз...

Бронзовый водовоз установлен на территории Главной Водонапорной Станции на Шпалерной улице - неподалеку от станции метро "Чернышевская". Сразу видно, что его работа - важная, нужная и очень тяжелая. Лицо у водовоза усталое, сапоги изрядко стоптались, броновая бочка с трудом катится по бронзовым же булыжникам. Впереди водовоза бежит смешная собака дворянской породы, вид имеет вполне беззаботный.

Водовозы потеряли актуальность для Петербурга в 1858 году, когда Александр Второй своей подписью начал историю "Акционерного общества Санкт-Петербургских водпроводов" - будущего "Водоканала". Без работы тогда осталось около тысячи крепких мужиков - таких вот водовозов.


Кстати, мало кто знает, что бочки были разноцветными. В белых возили невскую воду - пригодную для питья. В зеленых бочках была вода из каналов, в желтых - из Фонтанки. Такую воду использовали для хозяйственных нужд. Годовой абонемент на воду стоил 7 рублей серебром.

Петербургскому водовозу никакой приметы не досталось, а вот нос собаки, говорят, помогает решать любые проблемы.

Скажите "сыр"...

Может в начале двадцатого века "сыр" и не кричали, но фотографироваться любили. Знатные горожане в выходные спешили на Невский, 54 - в фотосалон Карла Буллы. Неподалеку, на Малой Садовой, пристроился бронзовый фотограф - может сам Булла, а может и нет. Изысканно одетый, в котелке, дорогом плаще, с интересным зонтом и английским бульдогом, он приготовился выпускать свою птичку. Настолько убедительно, что направивший на фотографа свой объектив турист ненадолго зависает, забыв, кто кого собирается фотографировать. 


Огромные витрины за спиной фотографа - тоже не так просты. В годы Второй мировой войны в этих окнах размещалась военная фотохроника. Такое вот фотографическое место. Кстати, если взять фотографа под руку и сфотографироваться с ним - точно будет счастье. А если поздороваться с ним за мизинец - даже деньги. Куда вы опять побежали? Впрочем, бегите. Статья-то кончилась... 

Михаил Виноградов




Recommended tours